janett_lichno (janett_lichno) wrote,
janett_lichno
janett_lichno

Categories:

Ворожея 2 часть

Магистр всех стихий вздохнул.
Очень тяжело вздохнул. Кажется, о том, что в Академии учится и работает настоящая ворожея, знает все руководство? Как бы иначе она устроилась сюда на работу? Только по личной рекомендации Д’Эстра.
Гостья из немагического мира ведь даже не может подтвердить свою квалификацию. Значит, заслуженный мастер Меча и Магии просто пришел к своему старому другу, ректору Академии и попросил за нее. Когда-нибудь клановое кумовство их до добра не доведет.
Это понятно.
Интересно другое. Как миз Лекс в учебную программу попала, да еще к теоретикам? Они бесталанных, не в плане магии, в плане разума, да со стороны, не берут. Тем более из взрослых, которые уже закостенели в своем невежестве.
Посмотрев, как женщина обнимает кружку с горячим чаем и, прикрыв глаза, вдыхает ароматный парок, магистр подумал, что проще всего будет спросить.
И задал вопрос.

Я вдохнула травяной аромат.
Ромашка, мята, лимонник и капелька магии играли и переливались в терпкой пряности темного чая. Мысли кружились вокруг случайностей, из которых состояла и состоит сейчас моя жизнь.
Горячая, но не обжигающая жидкость прокатилась по горлу и пищеводу, оставляя после себя легкое цветочное послевкусие. Я старательно и сосредоточенно не давала себе нервничать. Я до сих пор не осознаю и не контролирую это странное нечто, делающее меня магом, ворожеей.
Что сейчас происходит с поисковой партией, Д’Эстром, невезучими практикантами? Медальон нервно пульсировал, явственно сообщая, что владельцу как минимум больно. И это постоянная, ноющая и выматывающая боль. Подозреваю, те, к кому попал мой друг и его ученики – не чужды пытке. Очень надеюсь, что мастер Меча и магии справится
Я глотнула еще чаю. Погладила медальон.
Не стоит пока думать об этом. Лучше вспомнить приятное.
Старшекурсники с факультета теоретической магии стали моими первыми посетителями, едва я начала работать в магической библиотеке Академии. Это было – за неимением лучшего слова – лето, а значит, каникулы, когда и ученики, и учителя старательно набираются сил перед новым учебным сезоном.
Но одержимых знанием молодых людей необходимость отдыха угнетала. Именно поэтому полдюжины студентов, причем не-магов, атаковали двери библиотеки, добрались до единственного открытого читального зала и взъерошенной толпой застыли перед массивным столом.
Я, помнится, только-только расположилась поудобнее на выдаче, активировав инфокристалл с архивным каталогом на кубической подставке и вооружившись толстым фолиантом по мироустройству.
Поудобнее – это закинув ноги на второе кресло, сдвинув информаторий вплотную краю стола и обложившись сушками, чаем и печеньем.
И вчиталась в список литературы, корявыми линиями расползающийся по форзацу. А тут – шум, гам и крики! Люди.
Прожевав мятный крендель, я выглянула из-за баррикады.
Нет, не люди, студенты. Которые кажется, что-то планируют. Возможно, даже сделать домашнее задание. Хотя, судя по запрошенной литературе, находящейся буквально на грани разрешенной для них, скорее затеять что-то авантюрное.
Ну, на то они и студенты.
Итак, выдача литературы. Разноцветные пластинки студенческих карточек, приложить к подставке, сделать запрос в архив на наличие книги и разрешение, пометить в архиве, пометить в карте, поставить галочку в картотеке.
Сходить за книгами в пыльное полутемное помещение, заставленное рядами стеллажей, покрытых странными каббалистическими знаками. Хорошо, что перемещение автоматически наделяет Гостей знанием языка, правда, только одного.
Выдать стопку литературы в солидных кожаных обложках, и проконтролировать, чтобы никто из студентов не утащил фолианты с собой. И поймать один, который на выходе вырвался из-под мантии, и, трепеща страницами упал в протянутые руки.
Погладив корешок «Основ теории магического големостроения» я сурово глянула на нарушителя. Похожего на встрепанного воробья мальчишку крепко держал за шиворот мантии мужчина, с которым он столкнулся в дверях.
Высокий, серокожий уроженец Туманного конгломерата слегка встряхнул студента, оглядел его замерших друзей.
- Никаких големов до сдачи зачета по начертательной геометрии! – грозно пророкотал он. – Живо все в учебный зал, я лично вами займусь, раз вам делать нечего!
- Но!
- Живо, я сказал, пока миз Лекс не внесла в ваши карточки замечания!
А я могла. Погладив ладонью кристалл информатория, внушительно глянула на студентов. Те гуськом потянулись на выход, собрав в тубусы внушительную кипу чертежей.
Я же вновь расположилась на кресле с удобствами и вернулась к книгам, заметкам, остывшему уже чаю и закускам. Успела сделать две пометки о интересных летописях, найти ссылку на перспективный научный труд и запустить по нему поиск. И едва не рухнула с кресла, услышав над головой вежливое покашливание.
Серокожий преподаватель буквально нависал надо мной, и видимо, желал получить какую-то книгу.
- Это читальный зал Теормага, - вежливо заметила я, - фонды преподавательской литературы дальше по коридору и доступа к ним у меня нет. Пока.
- Я бы хотел наполнить вам о ваших обязанностях, миз Лекс. Подобного рода книги, - мужчина постучал пальцем по стопке, возвышающейся на стойке, - следует сразу уносить на место.
- Унесу, как только изучу ее как следует.
- Вам интересна теория магии?
- Я Гостья, мне все интересно, - не видела необходимости скрывать свое происхождение.
- Но теорию магии я бы рекомендовал начать изучать с другой литературы.
- Я умею пользоваться информаторием и архивами, магистр. И с методологией знакома. Разберусь.
- Вы не любите людей, миз Лекс, - странное утверждение. Не в такт.
Я подняла глаза от книги, выпрямилась. Осмотрела доступную мне часть серокожего сухощавого мага. Отметила аккуратность, даже некоторую претензию на элегантность синей мантии, золотой кант по вороту и рукавам, вышитый слева на груди герб. Магистр теоретической магии.
- Не то чтобы это мне мешало выполнять свои обязанности.
- Вы работаете в библиотеке!
- О, да! И книги – самые благодарные клиенты мои, магистр. И самые тихие.
- С таким подходом вы долго у нас не продержитесь.
- Спорим? Не меньше года продержусь, - мной овладел боевой настрой.
- Спорим… На что?
- На доступ в преподавательскую секцию!
- По рукам, миз Лекс!
- По рукам, магистр, - мы пожали друг другу руки и между ладоней проскочила маленькая белая искра, обозначив заключение договора. С того момента мы стали встречаться довольно часто.
Ну как – часто? Раз в декаду примерно магистр Ташир заглядывал в читальный зал именно в мою смену. Да так удачно получалось – то я нерадивых студентов отчитываю за повреждения фондов. Злым шепотом, похожим на змеиное шипение, то гоняю – их же, из закрытых фондов, подручными средствами.
Был момент, когда пришлось парочке не менее чем третьекурсников на первый взгляд объяснять правила простейшего черчения в трех проекциях, перспективы и основ геометрии. Простыми словами.
Дома я с таким не сталкивалась, так что меланхолии поддаваться было просто некогда.
Ведь я еще поглощала множество литературы, делала маленький крытый сад в доме, где жила, не забывала Волшебную скрипку и старательно тренировалась в общении с друзьями. Да, иногда для меня это ощущалось тяжелой, но необходимой работой. Но того стоило.
А в один из дней магистр застал меня за расчетами.
Знаете, как бывает? Заинтересуешься одной темой, зацепившись взглядом за яркую картинку в учебнике студента, потом в руки попадает старый, забытый кем-то из старшекурсников, конспект доклада. И вот уже ты сидишь, обложившись рулонами астралона, на которых расчерчены древние типовые ритуальные пентаграммы и в третий раз пересчитываешь от обратного магические коэффициенты. С учетом нестабильности, свойственной ворожеям.
Для чего?
Для того, чтобы создать пылевого голема. Который будет сам себя собирать из были, скапливающейся в читальном зале, и выносить на улицу, в ближайший газон и там рассыпаться.
Кроме того, интересно было бы рассчитать создание такого голема для более магически насыщенных помещений – архивов, к примеру. Где хранится порой очень живая литература. И чтобы ее не беспокоить и ей не вредить, такой голем должен быть магически нейтрален. И пребывать в спящем режиме, активируясь по запросу.
В общем, расчеты наслаивались друг на друга, так же, как и намеченные мной пентаграммы.
Хотя узловые точки напряжений совпадали, что было видно при наложении полупрозрачных черновиков друг на друга.
Передо мной лежала стопка из четырех листов, и я задумчиво замеряла зазоры между вспомогательными линиями.
Если в теоретическом воплощении линии разделяют отдельные зоны напряжений, их совмещение зон в реальности возможно даст импульс силы, возрастающий в прогрессии…
Я развернулась к стопке фолиантов.
Мне нужны не современные интерпретации и расчеты, слишком четкие и строгие, как начертательная геометрия в конструкторском бюро. Мне нужны старые формулы, в которых можно пренебречь неожиданными всплесками силы, сменой векторов или даже стихии на полпути. Этакие магические ломики, метровой толщины крепостные стены и виадуки.
Итак, прогрессия. Геометрическая…
По аналогии можно в качестве страховки для поглощения излишком использовать ритуальные свечи…
Над головой раздалось вежливое покашливание.
Я дернулась и уронила фолиант. Подняла глаза и вежливо кивнула магистру.
- Добрый вечер, - и снова уткнулась в подобранную книгу.
Магистр заметил:
- Ваш рабочий день давно кончился.
- Я и не работаю, - расписывая на листе формулу, кивнула, - я отдыхаю.
- Какая интересная концепция отдыха, - магистр присел рядом, подобрав манию.
- Да, да, а еще я вязать умею. Но шарфов у меня уже много. Кстати, - я посмотрела на серокожего посетителя, - желтый не хотите.
- Нет, благодарствую. Но вот эту связку вы, миз Лекс, не могли бы мне объяснить. Стоит ли использовать нестабильный источник силы таким образом? - гость аккуратно коснулся кончиком пальца связки, которая предположительно должна позволить использовать ворожею в качестве ведущего в ритуале.
Я смущенно хмыкнула, откинувшись на переднюю панель стола выдачи.
- А если другого нет?
- Вы рассчитываете частный случай?
- Ради интереса, да…
Внезапно мне стало смешно. Я обвела рукой зал, улыбнулась.
- Просто было лень убираться.
- Это достойный повод. Но все же уже поздно. Библиотека закрывается.
Я вскинулась.
- Уже! Ох, мне пора!
Подскочив, сгребла в охапку листы, свернула и запихнула в нижний шкаф. Книги отправились в малое зачарованное хранилище. Пора в Волшебную скрипку.
- Простите, магистр, - едва ли не подталкивая, проводила преподавателя до дверей, захлопнула створки, дождалась синей искорки, обежавшей косяк, - мне правда пора бежать.
- Прощу, пожалуй, - тот улыбнулся, - если завтра вы все же объясните ту связку.
- Конечно, приходите с утра, я буду свободна до обеда, думаю… - поклонилась вежливо и, развернувшись, почти побежала по коридору.
Магистр Ташир пришел на следующий день. И на следующий. И еще…
За год мы рассчитали пылевого голема для всех залов, коридоров, архивов, с подпиткой от стандартного, пульсирующего и нестабильного источников. А потом мне было сделано предложение, от которого я отказываться не стала. Кто же откажется от обучения на факультете теормага Магической Академии?

Магистр всех стихий смиренно вздохнул. Что же, теперь он знает, что умеет творить ворожея с высшим магическим образованием. Собственно, весь конгломерат знает.
Как жаль, что ворожей осталось так мало. Возможно, предкам стоило вместо того, чтобы их уничтожать – обучать. И сейчас путешествовали бы между конгломератами не с помощью чрезвычайно энергоемких порталов или унылых естественных тоннелей - на дирижаблях, а легендарными Радужными мостами. Восстановить которые не могут вот уже лет семьсот.
Магистр оценивающе посмотрел на женщину, расслабленно прикрывшую глаза.
Сколько времени могут занять расчеты? При наличии ворожеи, которая может направлять и трансформировать получаемую от конгломерата энергию, первоначальный импульс системе мостов выглядит более реальным. Далее потребуется простая подпитка, с которой справится рядовой ритуалист.
Расчеты у него уже сезонов пятнадцать в столе лежат. Магистр Ташир, кстати, их проверил, и, печально качая головой, подтвердил, что на данном уровне развития теории и практики магии воспроизвести Радужный мост невозможно. И вот ведь, даже словом не заикнулся, что появились варианты решения.
Но теперь-то он точно знает, что есть ворожея! Можно будет попросить, да ладно уж, заказать у нее перерасчет данных с учетом знания о наличных способностях. Поисковый же ритуал прошел вообще идеально, если подумать…
Магистр меча и магии, сотворив еще один стакан чаю, решил заняться работой по первой, почти забытой специальности – магии пространства.

Я посмотрела на мага, погрузившегося в какие-то расчеты. Погладила осторожно медальон. Дерганый болезненный пульс в нем медленно затухал до ровного спокойного тепла, свойственного исцелению, сну, покою.
Сколько уже прошло времени? Возможно, спасательная операция уже закончена? Когда появятся новости?
Я прикрыла глаза.
Порой все сложно. Особенно с кланами. Для местных жителей они являются данностью, все эти семьи со сложными кодексами поведения и чести, рангами и уровнями силы. С магией и способностями, обусловленными кровью.
А для меня было откровением знание о том, что подаренный медальон, буквально является частью Эстрагона. И одновременно – кусочком домового камня клана, из которого он ушел.
Поговорка: «Ты можешь выйти из клана, но клан никогда не выйдет из тебя», неожиданно обрела смысл.
Как появились кланы? Никто не знает. Полагаю, это была некая шутка природы. Когда-то очень давно в одном из малых конгломератов, в его магическом центре стабильности, магия свернулась в тугой и плотный клубок, превращаясь в камень. И первый маг, его коснувшийся, обрел с ним сродство, и, неожиданно, способность ощущать камень, конгломерат и контролировать его силы. И его дети, и дети его детей стали использовать энергию. Кто во благо, а кто – не особенно.
Каждый из них в день первого совершеннолетия получает осколок, пропитанную силой конгломерата почку домового камня, которая растет вместе с магом. И по сути является частью тела мага, связующим каналом для энергии и ощущается живым, пока жив владелец.
Важно знать, что супруги, друзья и родственники практикуют обмен камнями. Чтобы знать… просто знать, как чувствует себя самый твой близкий человек. И здесь важно учесть сродство энергий. Если она недостаточна – камень будет причинять боль.
Ну и конечно – тот, кто уходит из клана, забирает свой камень жизни с собой. Но потребность доверить его на хранение буквально заложена в кланниках генетически.
И вот тут появляюсь я.
Ворожея нейтрального магического окраса, друг, протеже и коллега.
Узнали мы о том, что я могу коснуться медальона с камнем совершенно случайно. Мы просто возвращались в Академию из Волшебной скрипки.
На станции дирижаблей Эстрагон, Паслен и я свернули в зал ожидания, потому что наш транспортник прибывал только на закате. Амброзия, распрощавшись, упорхнула к порталу. Трубадур, заинтересованно обнюхивая первый снятый мной урожай мандаринки, отправился радовать приютских детей, а Тролль, глянув на табло, вперевалку поспешил на транспорт до Кремневой Кузни.
Мы же расселись за столиком, разглядывая сквозь стекло летное поле с причальными мачтами и десятками трепещущих на ветру полотнищ. Ветер создавала огромная серая воронка, закручивающаяся в небе над станцией – выход транспортного тоннеля. Разговор о бардовских традициях, начатый еще в таверне, плавно перетек в разговор о традициях вообще, а потом и о клановых. Паслен жестикулировал карандашом, тыкая им в воздух, словно пытался доказать флегматично взирающему на него Эстрагону отсутствие проблем во взаимопонимании дельфинов и русалок, я предлагала примеры из своего опыта, мимолетно любуясь этими двумя. Разительный контраст, пир художника и фотографа… Хотя здесь скорее – дагерротипщика.
Местная фея – девушка в легкомысленном ярком платьице – как раз подавала нам чай, когда конгломерат неожиданно вздрогнул и от воронки прокатилась волна грохочущего искажения.
За миг до того, как панорамные стекла взорвались осколками, мы оказались за перевернутым словно щит, столиком. Я просто не заметила вихря движений, в который превратился Эстрагон.
Зажав мне рот и прикрыв лицо, он прокричал, перекрывая рев ветра, звон осколков, грохот и треск сгибающихся опор.
- Детонация тоннеля!
Паслен, прикрывающий феечку, резко кивнул. С его волос посыпались осколки.
К шуму добавился вой сирен.
- По тоннелю прорывается дирижабль!
В зал ожидания вломились люди из охраны. Черноформенники тащили какие-то сложные конструкции из тонких раздвижных палок. Маг, что был с ними, взмахом руки установил временные щиты, нервно мерцающие под ударами ветра.
Мы встали, я задумчиво мазнула по щеке. Слизнула каплю крови с пальца.
Раскладывающие конструкцию – пентаграмму – служители оттеснили нас в сторону. Паслен утешал официантку, а Д’Эстр, нахмурив брови, внимательно следил за работой мага.
Тот, сбросив мантию, фиксировал энергокристаллы в точках пересечения силового каркаса.
- Будете держать тоннель? – спросил тихо Эстрагон.
- Да, там пассажирский дирижабль. Сигнал устойчивый, они успели набрать скорость перед взрывом. Проскочат, если удержим тоннель.
- Где произошел прорыв?
- В Драконьем кластере… - маг озабоченно нахмурится.
- Не хватит энергии, - указал на очевидное друг.
Паслен задумчиво пошарил по карманам куртки и вытащил еще один кристалл.
- Все равно мало? – предположила я.
- Я кланник, из малого кластера Драго, - неожиданно сказал друг, доставая из-за пазухи медальон, покачал в ладони и кивнул магу. – Я конечно ушел из клана, но…
Маг вдруг оказался куда более воодушевленным.
- Нужен будет разгон?
Эстрагон кивнул. В его медальоне начал разгораться красный огонек. Рубин на глазах наливался силой.
Смуглая рука барда коснулась бледной ладони мага и отдернулась. На пол посыпались синие искры. Несовместимость энергий. Оба дружно выругались и глянули на поле.
Там стремительно темнело, гнулись причальные мачты. А само здание нервно содрогалось от ударных волн, вырывающихся из сжимающегося рывками портала.
Паслен огорченно качнул головой.
- У меня тоже несовместимость.
Ощущая бег времени, я шагнула вперед, протягивая руки.
- Давай я попробую?
- Что? – обернулись кланник и маг.
- Поработать батарейкой.
- Но ты не ритуалист! – буркнул маг, но в его серых глазах разгоралась надежда.
- Эстрагон? – я склонила голову.
Друг склонил голову, поглаживая медальон. Осторожно коснулся моей протянутой руки. Тепло и немного щекотно. Я прикрыла глаза.
Я ворожея?
Я знаю?
Я понимаю?
До меня, как сквозь слой ваты донесся голос мага:
- …на подстраховке и стабилизации… выходят все…
Открыв глаза, вижу окружающий мир через дрожащую водяную пленку. Цвета и звуки расплываются. И я, кажется чувствую, как внутри нарастает волна чего-то странного, полузнакомого. Того, что иногда теплым бутоном расцветало в Волшебной скрипке, комком пуха скатывалось в землю маленького садика и ласкал теплые мягкие корешки старинных изданий.
Мы прошли в центр пентаграммы, аккуратно переступая тонкие жесткие направляющие. Это даже не пентаграмма, задумчиво решила я, пытаясь вычленить в переплетении знаковые геометрические фигуры. Треугольники и ромбы, вписанные в трижды повернутый на половину стороны сам вокруг себя пятиугольник со вписанной пятилучевой звездой.
Мы встали слева, откинувшись на спину Эстрагона, я посмотрела в окно. Портал все еще держался, но стал заметно уже.
Сероглазый маг занял ячейку слева от нас.
Но все же, как и почему эти линии, сами не имеющие никакой магической напитки, работают то как щиты, то как накопители, то как фильтры? В них ничего нет – буквально. Только мел, краска или, как сейчас, металл. И магия, изливающаяся из сосудов-людей, слушает и понимает, напряженно давит на незримые стены и – не вырывается бесконтрольным потоком. А идет только туда, куда направляет ее воля мага и линии типовой геометрической фигуры.
То ли это самогипноз, а линии служат только опорой для формирования чар, то ли сама магия разумна и предпочитает сотрудничать, когда ее вежливо просят…
Я стою в центре зала, руки Эстрагона ложатся на мою талию и я, наконец, себя отпускаю. И мир вокруг взрывается незримой радугой.
Слышу как заполошно бьется сердце, друга, как со свистом вырывается из его губ дыхание, чувствую, как наливается огнем медальон.
Сила сотнями нитей рвется к порталу, пронизывая воздух серебристыми стрелами. Я отдаю еще, еще и еще. Маг, стоящий слева всего лишь стабилизирует вихрь.
Мне горячо. Огонь проходит сквозь меня и превращается в лед. И заставляет
Я ворожея, я знаю, что это значит.
Я вижу, как сквозь сужающийся тоннель несется, стесывая о стенки выступы конструкции, пестрый дирижабль. Вижу, как сзади его догоняют зубастые протуберанцы, жадно разевая пасти. Клыки и когти призрачных драконов оставляют следы на корме воздушного корабля.
Сквозь рев сирены пробивается рычание.
Сила брызжет из меня, изливается потоком, рассыпается вокруг ледяными искрами. В реальности сознание удерживает только пульсирующий между мной и Эстрагоном камень.
Льдистые растяжки тянутся вперед, в глубину рушащегося в себя тоннеля, не давая стенкам сомкнуться. Пробивая распорки одну за другой, из портала на полной скорости выламывается дирижабль, и, не замедляясь, уносится куда-то в сторону.
А следом вываливается клубок костей и клыков, рев призрачных тварей оглушает. Я вижу и чувствую, как вздрагивает конгломерат от присутствия иного…
Я моргаю, сила, более ничем не сдерживаемая, алой волной изливается из меня, затапливая огнем зал, летное поле, тварей, оставляя после них пепел – и ускользает в портал, который с громким гулом захлопывается, отрезая Осенний от сети дорожных тоннелей, изрыгающих протуберанцы силы.
Дальше время идет куда проще и спокойнее. Схлопывание тоннеля, как я поняла, случается довольно часто, и буквально – по расписанию. Сейчас просто случился непредвиденный шторм, но теперь, когда дирижабль спасен, шторм утих, станция быстро возвращается к рутине.
Стеклянные панели меняю, феечка приносит свежий чай, а на летном поле проводится на редкость рутинный ритуал открытия нового портального тоннеля.
А я слушаю очередную историю, теперь о клане Драго, осторожно касаясь кончиками пальцев лежащего на столике приятно-теплого золотистого медальона. Это история и теория магии, немного внутренней и внешней политики, короткая лекция по энергообмену и осторожный вопрос, тихо заданный с надеждой в темных с серебристыми искрами глазах.
Как я могу отказать другу в такой мелочи?
И спустя пару дней мы с Эстрагоном обмениваемся клятвами в маленьком саду из трех яблонь и пары клумб, расположенном при небольшом коттедже в Конгломерате Академии. Я наконец съехала из дома, точнее дворца, родственников Паслена и заселилась в маленькую квартирку на мансардном этаже странного местного общежития.
Я дала клятву хранить, Эстрагон – оберегать, мы замкнули магический круг, и, по условиям договора, ни один из нас не мог никому рассказать о том, кому и как был передан клановый медальон.
Д’Эстр объяснил такие сложности системой политических и магических сдержек и противовесов, но, право слово, куда больше очередного курса кланового теормага и расстановки сил между магами, немагами и существами, конгломератами и мирами, меня заинтересовали знакомые названия. В его речи то и дело мелькали названия родов и кланов, и я внимательно вслушивалась в короткие истории. О том, как на Авалоне случился конфликт двух Глав, отчего конгломерат их едва не схлопнулся. О конфликте, разгоревшемся между Титанидами и Кецалями, а наглые Перуничи перехватили у них важный контракт. Тем интереснее впитывать незнакомые и совершенно чуждые имена, в звучании которых угадываются то восточные, то южные корни, то перекличка с заморскими легендами моего дома. Дав зарок ознакомиться еще и с этой темой, я прислонилась к плечу друга, и прикрыла глаза.
Мы долго сидели под яблонями, а вокруг кружил вихрь осыпающихся лепестков, размывая грани нового видения мира.
Было немного похоже на тайную свадьбу, как ее представляют в романах. Мысль немного повеселила, и я рассказала об этом своему магу-хранимому. Тот в ответ заметил, что многие романтические истории начинаются именно так, а заканчиваются – свадьбой или смертью.
Тогда мы дружно рассмеялись. За все годы никому из нас мысль о такого рода отношениях в группе не приходила даже и мельком. Дружба, партнерство, взаимопомощь, магия – вот что нас связывало.
Да и сейчас совершенно не хочется никакой любви, а хочется, чтобы Эстрагон вернулся домой, если не целым и невредимым, то живым. Смерть как конец нашей истории не устраивает, я думаю, никого.
Я прикрыла глаза, устало потянулась и вновь погладила медальон.
И ох! Что-то изменилось! Кажется, медальон стал как-то по-особому теплее. И чувство присутствия ближе.
У них получилось? Ведь правда?
Я резко вскочила.
Где ближайшая станция?

Маг отвлекся от расчетов, услышав резкий звук упавшего стула. Ворожея вскочила, вперив серые глаза в пространство, чуть склонила голову, будто прислушиваясь. И, засунув медальон, от которого с явным трудом оторвала ладонь, за шиворот, стремительно вышла из кабинета.
Маг заинтересованно поторопился следом. Женщина почти летела по тропинкам, на которых кругами лежал желто-оранжевый свет редких фонарей. Она срезала дорогу между корпусов, проскользнула через незаметный проход в высоких колючих кустах шиповника, пробежала мимо высокого кованого забора и уперлась в каменную ограду Академии. Стукнула дважды по кирпичу, и пролезла в открывшийся в стене узкий проход.
Магистр едва успел пролезть следом, мимоходом поразившись изобретательности местных студентов. Столько силы и умения – и все ради того, чтобы сделать удобный черный ход к малой портальной станции прибытия.
Над которой уже расцветало переливчатое, неожиданно яркое на бархатно-черном небе зеленое сияние сработавшего на возврат портала. На широкой площадке, расположенной между серых мегалитов с порывом ветра появилась внушительная группа.
Клановая охрана в черных вороненых доспехах, полный стихийный Круг магов, даже кто-то из некромантов соизволил оторваться от лабораторной работы. Стражи – в своей унылой сизой форме с серыми эмблемами на груди. Эти голуби выглядели особенно потрепанно. Но не хуже нескольких небрежно сваленых кучей чуть в стороне тел и спасенных практикантов.
Вот к ним, небрежно расталкивая в сторону прибивших, и направилась ворожея. Выхватила у пары поддерживающих самого потрепанного мужчину. Стиснула его в объятиях и замерла.
Сквозь обычный для спасательной партии шум – кто-то звал целителей, кто-то дополнительную охрану для транспортировки задержанных – магистр меча и магии разобрал категоричное требование миз Лекс:
- Не смей больше никуда отправляться в одиночестве!
- Я никогда не одинок, - ответил, осторожно обнимая за плечи хранительницу, магистр Д’Эстр Витаэ, - теперь все хорошо. Все будет хорошо.
Вот в этом заместитель ректора отчего-то сомневался. Однако ничего сказал, мысленно прощаясь со свободным временем, которое хотел посвятить перерасчету Радужного моста. Ближайшее будущее выглядело весьма занятым попытками восстановить магическое и политическое статус кво. Как обычно. Короткий перерыв на совместную многопартийную работу и все, грызня начнется заново.
Но пока…
Магистр посмотрел на обнимающихся и перешептывающихся кланника и его Хранительницу, студентов, кружащих вокруг них целителей.
Ладно. Пока действительно все хорошо.

Алексеева Яна, октябрь 2019
Tags: рассказ, фэнтази
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments